Страничка практикующего психотерапевта

Психологическая помощь в Краснодаре

Лечение тревожных и депрессивных расстройств

Личные и семейные проблемы

Неврозы и психосоматические расстройства

Кризисные и стрессовые состояния

Психотерапевт Павел Еремеев

Нести тяжелое за других

Чувство вины, порой, способно играть с человеком довольно злую шутку. Мучающийся виной человек иногда склонен не искать способы вину искупить раз и навсегда, но, напротив, культивировать, продлять и взращивать в себе вину, усиливая ее, тем самым, многократно.

Обучаясь на группе у Александра Ефимовича Алексейчика, одного из основоположников восточно-европейской ветви практической экзистенциальной психотерапии, довелось видеть интересное явление. На сам семинар собралось довольно много людей, более ста человек. Но психотерапия в группе была возможна только лишь для двадцати. Не более этого числа, всем остальным доводилось быть наблюдателями происходящего за кругом. Было предложено вызваться двадцати людям. И, что удивительно, сразу активное желание поучаствовать выразили 19 человек - число, почти равное требовавшемуся. У ведущих группы - самого доктора Алексейчика и его ассистентов, оставалось право заменить каких-то участников на других. Тех, для кого, по их опыту общения со всеми участниками семинара ( а на семинар собрались люди уже до этого проходившие группы экзистенциальной терапии) участие именно в этой группе было важнее. Участникам группы был оставлен выбор: кто сам, добровольно может уступить место нескольких людям, оставшимся за кругом, впустив их в группу и уйдя самим. Несколько человек уступили места, нашли это для себя возможным.

Но те, кто сели в группу, вместо того, чтобы работать в ней над своими реальными жизненными проблемами, активно в группе участвуя, начали говорить о своей вине перед уступившими. Несколько человек продолжали снова и снова жаловаться на то, что их не оставляет беспокойство, что они заняли чужое место. При этом, те, кто им эти места уступил, говорили, что чувствуют себя достаточно спокойно и особых претензий не имеют. Наоборот, им хочется скорее, чтобы занявшие их места оправдали свою возможность и получили от группы по максимуму. И какое-то время пришлось потратить на то, чтобы мучавшихся виной в этом убедить.

Было такое ощущение, что люди были готовы взять на себя больше тяжести за тех, других, чем те в реальности несли.

Поскольку, как принято считать, на психотерапевтической группе в людях проявляется то же, что и в жизни, подобные факты можно найти в судьбе многих и многих.

Вот, одна из пациенток, мучающаяся виной по отношению к ушедшей из жизни матери. Недолюбила, не была достаточно хорошей дочерью при жизни, не радовала мать так, как могла бы. И многие и многие еще другие эти "недо"... Но уход из жизни близкого человека всегда оставляет за собой шлейф незавершенности. Всегда остаются те слова, которые мы не успели сказать. Те, поступки и действия, которые не успели совершить. Те объятия, которые мы не успели позволить... Не существует хорошего и своевременного способа закрыть все незакрытые вопросы. Потеря - это всегда больно. Но и эта боль имеет свои границы. Неслучайно в традиции народа выделены эти дни: девять, сорок, год... Так человек проживает утрату, отпускает, смиряется. Но, вряд ли, какая-то ушедшая из жизни мать порадовалась бы тому, что ее дочь покрыла свою жизни на годы вуалью депрессии.

Вот, молодой парень, который с детства мучается виной перед старшим братом, больным тяжелой болезнью. Брат из-за своего недуга был лишен многих зачастую простых радостей жизни, и младший как-будто переживая какую-то бессознательную солидарность, так же лишает себя радости. Но уже по своей воле. Ему кажется, что он должен жить и за себя, и за старшего брата, и не имеет права на ошибку. Его последовавшие за этим выбором многолетние депрессивные переживания являются бессознательным способом наказать самого себя за то, что родился здоровым. Но реальность заключается в том, что это не его вина. Даже если он умрет, жизнь и судьба его брата не изменится. и когда в процессе терапии он находит в себе мужество признать это, ему постепенно становится легче.

И когда человек берет на себя чужое тяжелое и несет его, это может быть совершенно умозрительным образом. Нечто воображаемое, то, что нельзя увидеть. Но в процессе жизни это часто превращается в какие-то вполне реальные симптомы и хвори. Самонаказание за иллюзорную вину оборачивается конкретным и осязаемым страданием. У некоторых людей даже в процессе этого складывается особый тип характера. Некая безотказность, что ли. Когда человек, скорее, склонен взвалить все сразу на себя, чем разбираться, что мое, а что чужое. Что я могу изменить, а в чем я бессилен. 

Случаи из клиентской практики можно перечислять долго. Но всегда важнее выход из ситуации, чем те пути, по которым в нее люди опадают.

Для меня есть один пример, который является поддерживающим и наглядным. В методе семейной расстановки часто практикуется просить клиента выбрать из числа участников  группы заместителей для своих умерших родственников. Тех, отношения с кем остались незавершенными. Так, что человек переживает тяжелые состояния с мыслями вроде: "Я хотел бы уйти вслед за тобой". И что характерно. Люди. которых ставят в расстановку заместителями умерших, всегда активно протестуют против присутствия рядом своих живых родственников, потомков. Они всегда с чувством, громко и настойчиво говорят, почти прикрикивают что-то вроде: "Живи и этим меня будешь радовать!"; "Твое место не здесь, а в твоей жизни!"; "Я порадуюсь не тогда, когда ты в мыслях все время будешь возвращаться ко мне, а когда обретешь свое счастье в жизни!"

А еще они говорят о неуважении. Им кажется неуважительным, что кто-то берет их жизненные тяжести и пытается понести их за них самих. Они говорят о том, что достаточно сильны, чтобы справиться самим.

Некоторые посмотрят на технику расстановки и скажут: "Мало ли что они там говорят! Как можно им верить!". Но в жизни есть вещи, которые лежат за пределами повседневной бытовой логики, и людская интуиция и способность вчувствоваться в другого - из их числа. И когда эти участники групп говорят так, я им верю.

И тогда получается, что те, кто привычно несут тяжелое за других, не помогают им ничем, а только лишь бегут и прячутся от своей жизни, от своих трудностей и тяжестей, за которые можно было бы и взяться, и в большинстве случаев - давно пора!Важно лишь однажды в этом себе честно признаться и изменить.   


Принять своих родителей

С каждым новым индивидуальным запросом пациента, с каждой новой групповой работой в методе семейной расстановки приходится снова и снова убеждаться в том, насколько важна роль родителей во всей последующей жизни их ребенка. Разумеется, основная миссия родителей - это создать новую жизнь и впустить ее в этот мир. Но на каждом новом этапе развития и взросления человека фигуры отца и матери имеют очень важное значение. 

Многие люди мечтают, наверное, об идиллических отношениях. Семейная идиллия мужа и жены, идиллия в своей родительской семье, где все гладко, светло и, как это модно сейчас называть в определенных кругах, позитивно... Редко только получается привести конкретный наглядный пример таких идиллических отношений в реальной жизни. Все это больше напоминает ситуации, запечатленные на рекламных плакатах антидепрессантов, щедрой рукой развешанных на стенах кабинетов психиатров. На этих плакатах все счастливы, я бы даже сказал, находятся в эйфории, все улыбаются и смеются - и взрослые и дети. Все радостно куда-то устремляются, и все это счастье кажется таким постоянным, таким непоколебимым, неизменным и даже вечным...

Но, к счастью, все люди живые в своих эмоциях. А живым эмоциям свойственно меняться время от времени. Вообще, изменения - это сама ткань жизни, как говаривал один индийский мистик с университетским образованием. И ни в одной семье нет такой идиллии, а есть много разных, меняющихся ситуаций. Это как корабль, плывущий по волнам океана и застающий прекрасные солнечные дни и штиль на море, но также попадающий в бури и шторма, надеясь на лоцманов неподалеку и ища спасительный маяк. 

И в семейной жизни случаются такие ситуации, из-за которых ребенку бывает тяжело смотреть на своих родителей. Кого-то оставили в раннем возрасте на попечение бабушки с дедушкой, и это оказалось для души тяжелейшей травмой брошенности - такой, что тяжело оказалось верить вновь, что больше не бросят. Кого-то душили в любящих, вроде бы, объятиях с такой силой, что, однажды вырвавшись, хотелось от этих объятий бежать, сломя голову, и больше никогда ничего подобного не видеть и не слышать. Кому-то было тяжело и стыдно смотреть на своего родителя, возвращавшегося домой в таком непотребном состоянии, что хотелось просто зажмуриться и улететь, перенестись в волшебный мир фантазии, в котором твои родители идеальны и прекрасны.  Для кого-то постоянные ссоры между родителями, угрозы разрыва, были настолько невыносимы, что он взвалил на себя роль этакого Примирителя, став неким промежуточным звеном между ними, лишь бы они не расстались. С кем-то родители делали и вовсе плохие вещи, о которых не хочется никому-никому рассказывать, и которых в принципе не должно случаться между родителями и детьми в нормальном мире.

Часто эти и многие другие подобные им ситуации приводят человека к тому, что он чувствует в отношении своих родителей отторжение. Он как бы говорит: "Вы жили и поступали неправильно, я никогда не буду таким/такой как вы. Только не я, и только не сейчас!". И, казалось бы, чего проще - забыли и живем себе дальше, теперь мы самодостаточны и полностью самостоятельны. Вся жизнь - одна только наша сплошная ответственность, мы сами вольны делать и создавать ее по своему усмотрению, не оглядываясь абсолютно ни на кого.

В том, что касается человеческой психики, есть одна интересная закономерность: Больше всего мы зависим и уподобляемся тому, чему особенно яростно сопротивляемся и что самым категоричным образом отрицаем. Начиная с малого - когда человек с начинающимися паническими атаками всячески старается отрицать свой страх, строго-настрого себе его запрещая, и в результате все глубже и глубже погружаясь в его липкие объятия. И кончая чем-то гораздо более серьезным и масштабным - когда, к примеру, расставшаяся с мужчиной женщина всячески способствует тому, чтобы их ребенок отца забыл и никогда больше не вспоминал - уж слишком, по ее мнению, этот отец плох и вреден для ребенка. А потом, каким-то совершенно непостижимым образом, этот ребенок, взрослея, начинает все больше и больше на своего реального отца походить, напоминая ей о нем. 

Если рассуждать глобально и слегка абстрактно, то через родителей к нам приходит жизнь. И, не принимая родителей, мы автоматически не принимаем жизнь. А человеку, который жизнь не принимает, она всегда подкинет какие-то особые трудности. Как бы в качестве живого доказательства. Во множестве и множестве самого разного рода невротических расстройств, жизненных трудностей, неурядиц на личном фронте и даже серьезных телесных заболеваний, часто в основе, краеугольным камнем лежит непринятие своих родителей. Часто это всплывает в семейной расстановке, так же часто это проявляется и в индивидуальной терапии.

Хорошее решение лежит в той области, где человек находит в себе мужество согласиться и принять от родителей то, что они в силах и могут/могли ему дать. И отказаться от того, чего они ему дать не могли. Просто потому что если у человека чего-то нет, он этого дать не может, как бы ни старался, и как бы этого ни хотели от него другие. И при всех возможных сложностях и неурядицах, которые только можно себе представить в отношениях ребенка с родителями, всегда можно сказать своим родителям одно важное и самое главное "Спасибо" - "Спасибо за жизнь"


Мама и как ей найти себя в разных периодах жизни ребенка

Почти в равной степени часто на прием обращаются как родители, чувствующие отторжение со стороны детей по отношению к себе, так и дети, испытывающие сложности в отношениях с родителями и часто желающие выйти из под их, порой, навязчивой опеки.

Отчуждение, непонимание, взаимное неприятие - не самые лучшие и поддерживающие из чувств, наполняющих отношения. И кому-то всегда важно сделать первый шаг навстречу, шаг к примирению и принятию. А еще лучше, когда это движение, эти шаги являются обоюдными.

Но, чтобы что-то сделать, принять какое-то для себя решение, важно понимать осмысленность этого действия. Для чего ты это делаешь? С какой целью? Что хочешь этим изменить?

Для ребенка важно принимать родителя, его заботу, его участие в своей жизни. Но и для родителя так же важно в этих заботе и участии быть своевременным. Мама для любого человека является самой близкой и родной фигурой. Самой значимой и важной. Просто хотя бы потому, что это именно мама рожает ребенка на свет. В этом факте мужчины, как бы они ни старались, оказываются бессильны что-то противопоставить женщинам. Отношения с мамой, особенно в раннем возрасте, определяют базовое доверие ребенка к миру, отношение к близости вообще. Об этом я уже писал отдельно в статьях о прерванном движении любви - http://eremeev.org/page/prervannoe-dvizhenie-ljubvi-chast-pervaja   http://eremeev.org/page/prervannoe-dvizhenie-ljubvi-chast-vtoraja  http://eremeev.org/page/prervannoe-dvizhenie-ljubvi-chast-tretja  Но не менее важно и для самой мамы находить себя в каждом из возрастных периодов жизни и взросления своего ребенка. Потому что взрослея, человек меняется, меняются его потребности и ожидания от жизни, и, независимо от сознательных желаний родителей, меняется роль родителей в его жизни. 

Есть очень хорошая классификация окружающего нас мира на измерения, которую выделила британский экзистенциальный психотерапевт Эмми Ван Дорцен. Так, она выделяет физическое измерение, социальное измерение, личное или психологическое измерение и духовное измерение. Все мы, в той или иной степени, существуем во всех этих четырех измерениях. Хотя, безусловно для некоторых людей одно из этих измерений является основным. Так, например, для человека занятого государственной службой основным часто является социальное измерение. Он в буквальном смысле зачастую на работе проживает жизнь. Для кого-то важнее материальное и физическое измерение - то, насколько комфортно его телу, насколько удовлетворены его базовые потребности. Ну, и так далее.

Любой человек, взрослея, проходит через все эти измерения, как через уровни развития. На  каждом из этих уровней сама жизнь ставит перед человеком важные основные вопросы, задачи. Так, на ранних этапах развития для ребенка очень важен физический комфорт, чувство защищенности, возможность получать ресурсы и развиваться. На этапе личного, психологического ребенку важно чувствовать, как формируется его самоценность, ощущать себя нужным, принимаемым и любимым своими родителями. На социальном этапе ребенок встраивается в общество себе подобных. Взрослея, он понимает важность контактов с окружающими людьми и учится их выстраивать. На духовном этапе человек, повзрослев и формируясь окончательно как личность, ищет важные ценности и смыслы, которые его побуждают для самостоятельного движения по жизни, формируют уникальную этику его собственного жизненного пути. Роль мамы для ребенка так же меняется в зависимости от его взросления и путешествия через эти этапы и измерения.

В раннем возрасте мама во многом важна именно на физическом, материальном уровне. Дать ребенку ощущение тепла, присутствия рядом, безопасности. Накормить, позаботиться, просто быть нежной и ласковой. На личном, психологическом этапе мама важна, как фигура, которая любит ребенка любым. И успешным, и потерпевшим неудачу. В любом случае, он чувствует, что для мамы он важен и ценен. На социальном уровне маме важно отпустить ребенка к отношениям с другими. Близкими и не очень. Там он столкнется и с тем, что почувствует, что это такое - понимать и быть понятым. И, в равной степени, с одиночеством и отвержением. И здесь, сколько мама ни будет о нем заботиться, кормить или держать в объятиях, ребенок сможет решить эти проблемы для себя только в открытом мире. Мама же может поддержать его в этом путешествии. Что-то рассказать, а лучше показать на своем опыте и своим примером. На духовном же уровне мама важна именно как духовная фигура. Как говорила участница одной из групп по экзистенциальной психотерапии, в которой мне довелось принимать участие,: "Мой сын - свободный человек. Он самостоятельно принимает решения, идет по жизни в том или ином направлении. Достигает успеха или допускает ошибки. Все это он делает сам. Но он всегда знает, что я для него - такая тихая гавань, в которую он порой может причалить, чтобы просто иногда даже спросить какого-то мнения или совета. И я принимаю себя такой. Я не стремлюсь его от всего защитить или постоянно опекать. Я не стараюсь его накормить до отвала при каждой встрече. Я не тревожусь по поводу неправильности каких-то его действий или решений. Мне достаточно этой роли некоего духовного лица в его жизни, к которому он порой может обратиться".

В общем-то, многие нарушения в отношениях между мамой и ребенком случаются по той причине, что ребенок растет и переходит с одного этапа развития на другой, а мама, часто, сама тормозит развитие их отношений на предыдущем этапе. Как говорил один мой пациент: "Часто, когда приезжаю к маме, я жду от нее просто какого-то принимающего взгляда, или, может, какой-то жизненной мудрости, стороннего незаинтересованного совета... Для нее же любовь продолжает в том числе заключаться в беспокойстве за то, насколько я накормлен, одет и обут". 

В конечном счете, все заключается в том мужестве, которое способен проявить любой человек, когда идет на изменения в своей жизни. Мужество отказаться от того, время чего уже прошло, и мужество впустить в свою жизнь что-то новое. И тогда, меняясь самой, можно давать меняться и развиваться своему ребенку. И находить себя на каждом этапе его жизни важной и значимой, но каждый раз новой мамой.  


Психотерапия на расстоянии

Раньше всегда как-то с некоторой осторожностью относился к дистанционному консультированию через Skype или любые другие программы видеосвязи. Казалось, что сам факт такой дистанции между пациентом и терапевтом может отражать некоторую потребность хотя бы одного из участников терапии (пациента или терапевта) не сближаться, не входить в какой-то полный эмоциональный контакт.

Но опыт часто способен переубедить, если позволяешь себе смотреть на вещи здраво и непредвзято. К сегодняшнему моменту накопил уже достаточно обширный опыт индивидуального консультирования через Skype а также провел несколько семейных расстановок для клиентов, которые наблюдали за процессом через видеосвязь. Подчас находясь даже в других государствах. Конечно, у такого рода работы есть свои особенности. При живом контакте сам человек раскрывается быстрее, легче входит в эмоционально открытое общение. Поэтому сама терапия на расстоянии может происходить дольше. Но полученные результаты говорят о том, что терапия, какой бы она ни была, ее рамки и законы, будучи соблюдены верно, действуют и при таком опосредованном контакте.

Здесь стоит оговориться, что, имея выбор, я, конечно же, предложу пациенту встретиться лично. Но когда человек чисто географически находится на расстоянии 1500 км и почему-то хочет обратиться за помощью именно ко мне, лучшим выбором будет работа именно через программы дистанционной связи.

Более подробно о рамках такой работы можно узнать в соответствующем разделе на сайте - http://eremeev.org/page/distancionnaja-psihologicheskaja-pomoshh


Обо мне

Психотерапевт Павел ЕремеевМеня зовут Павел Еремеев. Я практикующий с 2004 года врач психотерапевт и психолог. Направление моей работы - экзистенциальная психотерапия и консультирование. Занимаюсь индивидуальным консультированием, также веду психологические группы в Краснодаре. Профессионально помогаю людям, столкнувшимися в жизни с психологическими трудностями.

Психотерапия для меня единственное и главное дело жизни. Постоянно стажируюсь и участвую в новых обучающих программах, включающих личную терапию и супервизию. Общий объём моей подготовки превышает 4950 часов. Я являюсь действительным членом ОППЛ (г. Москва), Восточно-европейской ассоциации экзистенциальной терапии (г. Вильнюс)

Если у вас возникли психологические проблемы любой сложности, обращайтесь, буду рад вам помочь.